Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: xviii век (список заголовков)
01:43 

План

Наблюдатель
План Тюрго - ето самое идеальное попадание, тридцатые годы моего века, самая четкая вещь, соответствующая нужному мне периоду. Хоть в какой-то сфере, а точнее в картографии, меня ждал успех)

@темы: история, Франция, XVIII век

23:22 

Пока вы здесь

Наблюдатель
Дорогие, пока тут стало немного людно, хотелось бы...
Он написан в моем каноне, так как у меня есть большая, не вполне оконченная литературная работа. Он написан в каноне историческом, потому что я понаходила много интересного. Он написан в каноне фильма, потому что без етого никуда.

Тут еть запись от 27 сентября 2014 "Нашла дом. Нашла имя.", по-моему, закрытая под ПЧ.
Интересно ли вам видеть продолжение и, возможно, в каком русле?
Спасибо, очень на вас надеюсь!)

@темы: мсье Ф., Франция, Неожиданный роман, Литература, XVIII век

02:35 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:57 

Наблюдатель
Боюсь даже представить, почему Его Величество снова доверяет этому человеку.
Еще при первой нашей встрече я понял, что положиться на него нельзя. Тогда я даже не знал, кто он. И что хуже - кем он станет.
Это был человек совершенно отвратительной наружности. Высокий, худой, с совершенно неразвитыми узкими плечами, он выглядел физически слабым. Серо-зеленый оттенок его кожи, оттенок знакомый тем, кто держал в руках дешевую бумагу, всегда придавал ему чересчур болезненный вид. Маленькие прищуренные глазки, щеки, настолько впалые, что выдающиеся скулы кажутся острыми, короткий, словно приплюснутый нос, тонкие бескровные губы - совершенно все в его лице отвратительно. И в довершение ужасный шрам, перечеркивающий левый глаз и бровь. Кому же такой человек мог показаться приятным? Я не был исключением.
Раздражала и его манера речи, с одной стороны простая, но в то же время вдруг чересчур вычурная, его растягивание слов, будто он никогда не знал наверняка, что сказать, и на ходу подбирал каждое, каждое чертово слово. Его голос, достаточно низкий, с хрипотцой, совершенно не вязался с его молодостью. Как впрочем и вся его внешность. Говорили, что когда он впервые пришел к власти еще во времена Филиппа Второго, ему не было восемнадцати. Я никогда не верил этому.
Его должность обязывала его идти на уступки, но он сразу же избрал иной путь. Путь "справедливости", как сказали некоторые. Но я окрестил это путем "зачерствевшей глупости". Он стал таким себе "правдолюбом", что само по себе никоим образом ему не шло.
После первых успехов в деле с английскими агентами он стал по-настоящему опасен. Мне пришлось кое-что предпринять. По мере того, как он раскидывал свои сети, мне начинало казаться, что этот человек следит и за мной. Когда нам случалось встретиться на церемонии снятия сапог, взгляд этих маленьких глазок ввинчивался в меня, словно хотел проникнуть в самое нутро. Мое отвращение к нему нарастало вместе с тем, как росли мои убытки.
Многие намекали королю, что он опасен. Но все мы понимали, что второй раз Луи не удалит его от себя. Дело было за нами, на этот раз именно нам нужно было что-то предпринять.

Monsieur marquis de S., janvier 1731

@темы: мсье Ф., литература, Эмили, Франция, XVIII век

22:56 

Наблюдатель
У него низкий, чуть хриплый голос. Он так прелестно растягивает слова...
Мне не было шестнадцати, когда я впервые увидела его, мне не было семнадцати, когда я впервые услышала, что он непривлекателен. И я никогда не могла этого понять. О, никогда! Я ведь уже давно не ребенок, я была замужем, я провела всю сознательную жизнь при дворе, но мне никогда их не понять. Хотя есть что-то соблазнительное в их страхе, в их шепоте за его, за моей спиной. Да, это я также не могу не признать.
Когда мы встретились, мир был совсем другим. Король был слишком юным и мне всегда казалось, когда я думала о нем, что его немного страшит вся эта власть, вся эта земля, раскинувшаяся у его ног.
...Да, я росла такой, задумчивой, тихой, молчаливой, единственной дочерью у своих родителей. И тут вдруг, словно гром среди ясного неба, появился этот человек. Худой, бледный, холодный. С небольшими и к тому несколько прищуренными всегда глазами, хрипловатым даже в юности голосом, впалыми щеками и тонкими пальцами. Как-то я услышала, что он похож на змею своим коротким носом. Змея мудрая. И он очень мудр.
У него серая кожа, цвета такой себе, недорогой бумаги.
Но он необыкновенно красив. Этого не передать словами.
Когда я увидела его впервые, на той дуэли, мне показалось, что весь мир замер в этом лесу. Все вокруг задержало дыхание. Чтобы я насладилась его красотой, его могуществом. И когда он рухнул на колени, мое сердце сорвалось и вместе с ним ударилось о земь. Тогда, в шестнадцать, я как будто увидела свое будущее. Как я, будучи столетней старухой провожу его и только тогда смогу уйти сама.
Я люблю его.
Я вышла замуж, чтоб обрести свободу. Свободу от обязательств, свободу от общества. В высшем обществе свобода это высшая привилегия. Ее нужно выстрадать. И я была готова на это.
Та женщина, Анн, оставила след в его сердце. Огромный, горячий, кровоточащий. Как тот шрам, который оставил на его лице ее любовник. А он, словно демон, восстал из пепла их ненависти. И своей собственной. Он обратил свою злость в рассчетливость, свои страхи в осторожность, свою боль в силу. И мне оставалось только хранить его покой, когда он возвращался домой. Он берег короля, нашего любимого, беззащитного монарха, а я берегла его, как могла, как может женщина. Вы, наверное, понимаете меня.
В тридцатые годы мы пережили ряд покушений. Они означали лишь одно: он слишком важен. Важен для страны, важен для короны. Юный Луи, министр Флери и он: вот три столпа, на которых держалась Франция. Да, я гордилась, что выбрала именно этого человека, именно этого мужчину. Я всегда была счастлива рядом с ним. Как я мечтала, чтобы и он был счастлив.
Вы, наверняка понимаете меня. Если любите.

Madame la comtesse de Foissure, mars 1756

@темы: мсье Ф., литература, Эмили, Франция, XVIII век

02:56 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:39 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
03:16 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:32 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:51 

Отрывок текста. Копирайт Сандра Хунте обязателен. Дайри хайлайт мой.

Наблюдатель
Жан-Франсуа де Моранжа, эпилог.
* * *
Вас это удивит, господа, но мы не трахались. По крайней мере с господином таксидермистом – за маркизика ручаться не могу. Что вы чувствуете? Разочарование? Недоверие? Изумление? Умиление? Что? Нет, мы не спали вместе – порой это удивляет меня самого: вроде приличные люди, а я давно обратил внимание на безобразную привычку приличных людей лапать мою сестричку и украдкой поглядывать на мои ноги: хочется – а стыдно, стыдно – а невмочь. Вы не поверите, но мне ничуть не интересно, какую память я оставил о себе, и уж тем более меня никоим образом не волнуют ваши суждения – если бы они меня волновали, я был бы таким же ничтожеством, как вы, господа. Куда более меня занимает вопрос – и это, разумеется, единственная причина, по которой я унижаюсь до обращения к вам, – чем моя скромная персона вызывает подобный к себе интерес? Ну же? Я представляю себе примерно породу людей, у которых вызываю жгучее поспешное презрение или же суеверный ужас, ужасаюсь и презираю их сам. Глубоко уважаю тех немногих, планомерно, устойчиво нормальных и человечных, а не человекоподобных, коим нет до меня дела вовсе. Не перестаю поражаться тем, кто верует в измочаленную истину о том, что за всяким преступлением неизбежно следует кара, и получает от веры своей колоссальное моральное – а может статься, и физическое – удовлетворение, перечитывая мою историю, как банальную пошлую басню, не утруждая свой размером с горошину мозг пониманием... но вы? Зачем я понадобился вам – потому что в том случае, если вы относитесь к числу трех вышеозначенных групп и в муках дочитали до эпилога, ваш мозг еще меньше, чем я предполагал. Вы... Дайте-ка попробую угадать. Вы надеялись испытать оргазм, представляя, как несчастный Фронсак или евнух-маркизик меня отымеет? Вам приятно наблюдать за жизнью мясника? Желаете присоединиться? Надеетесь найти оправдание самим себе – уж если такого мерзавца, как я, кто-то смог полюбить, то вас сия благодать ждет и подавно? Или вам просто нечем заняться и некого больше любить, а жизнь нестерпимо пуста? А может быть, вас восхищает моя смелость? Или мое безумие? Вы хотели бы повторить, а незаменимых качеств не хватает? Вперед, возьмитесь за кухонный нож, в ваш век внешнего гуманизма вам вряд ли продадут иное оружие, посмотрите, как расплываются кровавые черные пятна, вслушайтесь в хриплый, прерывающийся крик – если будете умницами, ваша выходка не повлечет за собой ровным счетом никаких последствий: в вашем мире с лихвой достанет подражателей моих, но вряд ли объявится второй Грегуар де Фронсак. Вы спросите себя – и меня – какое право, собственно, я имею на подобный допрос? Чем я лучше вас? Ответ прост. У меня была Марианн, скоты. У меня была моя сестричка. И она – была лучше. И я любил ее. И эта любовь делала – и сделала – меня выше. Да, разврат, инцест, похоть, грязь – да, трижды да! Но это была любовь, а не ваши скучающие вседозволенность и неприкаянность. Ну что же вы? Я жду ответа – постарайтесь дать его четко самим себе, и я услышу. Не смейте говорить, что любите меня, в подобный бред я все равно не поверю, а вопрос – почему? – останется в силе. Молчите? Напрасно, напрасно.

@темы: литература, XVIII век, J.M., "Братство", сестра

15:45 

Наблюдатель
Не помню как плакала от ее послесловия от Жана. Чёрт, теперь помню. Как же так можно, прекрасная Сандра! Великолепный автор.
Не могу сказать, что мне нравится ее боль, ее герой. Но ее слог, ее сила, ее чёртов вопрос! Правдив до страху.

Единственный из тех, кого нет у меня в ПЧ, но кому я тоже обещаю...

@темы: литература, XVIII век, J.M., "Братство"

15:36 

Наблюдатель
Кажется, она любит боль. Как я. Но в чрезмерной боли можно утонуть. Слишком, и дальше снова не знать, что делать.
Я переживаю новое рождение, я реально могу писать и даже вчера кое-что написала (молчаливый только мешает строить диалоги). Я прочла свой текст, заглядывала в текст Мистигриса, читаю ее.
Никогда не читала полностью. Не могу. Сумрак. Ужасный сумрак. Но сейчас вспоминаю события. Великолепный автор, ну, уверена я, что хорошим писателям нужно писать не слеш, а книги. Ну, сори. Ну, так вот уверена.
Он слишком истеричный... Но не буду о нём. Просто великий автор сумрака, перед которым я преклоняюсь. Мне никогда не было так тяжело читать (даже сейчас), и я преклоняюсь почему-то перед теми, кто делает меня что-то впервые.

***
И коротко пишет в описании "... садизм...".

@темы: литература, XVIII век, J.M., "Братство"

03:02 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
02:43 

Наблюдатель
Прогулка по старым видео)


@темы: J.M., "Братство", кино, история, Франция, XVIII век

03:27 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:26 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
01:06 

lock Доступ к записи ограничен

Наблюдатель
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:14 

Вспомнили о Солнце...

Наблюдатель
Солнце Марианн

Солнце лежит на земле. Холодное, бледное. Его можно коснуться.
Она смеётся. Надо мной? Она смеётся, потому что любит солнце. А оно такое бледное.
Правильные очертания леса как видение. Чем ей дорого это видение? Неужели тем, что восхищает в нём меня?
Её улыбка разрывает его беспощадно. Но без этой улыбки видений нет. Хочется встретить её взгляд. Игривый, детский.
Она читает словно ребёнок. Задаёт вопросы. Не слышу. Не думаю. Её волосы так изящно обрамляют лицо. Так мягко ложатся на плечи. Тонкие завитки.
Нежный взгляд. Какой нежный взгляд! Когда он не жестокий, не смеющийся.
Ей не нужна книга. Её красота в её руках. Они всегда вместе. Марианн читает с улыбкой. Зачем?

Вино пьёт медленно. Кто придумал вино? Маленький человек, чья жизнь ничего не стоила.
Он смеётся надо мной.
Вино смеётся над всеми.
Люди бесконечно торопятся. Спешат, чтобы увидеть смерть. Они забавляются смертью. Смерть забавляется ими.
Смерть часто пьёт вино, наверное. Так ей легче забавляться.

Её кожа белая как мрамор. Её скульптура была бы прекрасна.
Почему отец не хочет создать десятки скульптур? Ночь бы любила их как её саму.
Марианн смотрит в ночь ласково. В самое её сердце.
Этот взгляд мог бы причинить боль.
Вино смеётся надо мной?
Верно, верно!..

Праздники похожи на солнце. У них нет ни лица, ни тепла. Ни чувств. Каждый здесь думает, что обладает властью. И стремится её показать.
Её рука в моей. Моя холоднее. Мои руки всегда холодны.
Она не боится меня. Я боюсь. Я всегда боюсь её страха.
Она должна доверять мне. Она доверяет. Марианн внимательна. Она знает, что доверяет мне.
Она любит меня.
Её глаза добрые, улыбчивые.
Праздник создаёт подобие хаоса. Маленький хаос в человеке, выдумавшем вино.

Вечер приносит прелесть призрачным фигурам. Мрачные женщины жмутся к стенам домов.
Голоса людей сдавлены. Страх как зверь рыщет повсюду.
Глаза привыкают к темноте.
Грудь изобличает её сон.
Смешно. Страшно! Смешно! Хочется выбежать прочь!
Она красива. Слишком...
Солнце упало и прижалось к земле.

@темы: "Братство", "поток сознания", J.M., XVIII век, Франция, вино, литература, сестра

20:37 

За что я люблю J.M. (для Шуры)

Наблюдатель
Я очень люблю J.M.! Он - моя вторая любовь.
Я люблю его
за потрясающие ногти,
за руку, которая есть... или её нет...,
за прекрасные вьющиеся волосы,
(за то, что, даже Аня вдруг заметила, что "в конце" причёска делает его женственным)),)
за его нервозность,
за то, что он как истинный француз пьёт вино (и много - как герои более дорогого мне времени в истории Франции),
за его умение хамить,
за то, что он сказал: "Если бы у меня была рука, я бы Вам аплодировал!",
за то, что он любил свою сестру, а посему столь несчастлив,
за его неповторимые манеры,
за "момент невинного коварства", который он выдумал на ходу, дабы окончательно поссорить сестру и её возлюбленного,
за то, что [умерев] он успел таки нагадить им на голову)) (типа, "Так не доставайся ты никому!!!"),
за то, что он действительно ... красив!

@темы: история, Франция, XVIII век, J.M.

01:41 

Мсье Ф.

Наблюдатель
Я люблю мсье Ф.
за его холодность,
лёгкое, но всё же высокомерие,
за мрачность,
за сходство и тягу к J.M.,
за его прекрасные комплексы,
за его красоту включая шрам,
за редкую (...но меткую...) мстительность,
конечно же за его непревзойдённый ум!

Ох, а ещё, наверное, за то, что он был создан не мной))))

@темы: мсье Ф., история, Франция, XVIII век

Dnevnik Koshaki

главная